«Даже за черновиками следят»: экс-сотрудник «Радио Свобода» рассказал об особенностях корпоративной культуры холдинга

Скандальное увольнение Тимура Олевского с телеканала «Настоящее Время»* (подразделение «Радио Свобода»**) вызвало целую волну обсуждений корпоративных этических норм в СМИ. Олевский далеко не первый российский журналист, не прижившийся в пражском холдинге. RT поговорил с Александром Орловым, бывшим шеф-редактором центральноазиатской новостной программы на «Радио Свобода». Он рассказал о корпоративной культуре в холдинге, цензуре и «журналистских стандартах корпорации», а также о своём увольнении «за путинизм».

  • © Алексей Витвицкий

Тимур Олевский покинет место работы в ближайшие месяцы «по соглашению сторон». Напомним, конфликт возник после его участия в стриме журналиста Олега Кашина, где он обсуждал семью политика Алексея Навального. Случай Олевского не уникальный. За последние годы Прагу покинули сразу несколько сотрудников «Радио Свобода»** (Radio Liberty — RL, Radio Free Europe/Radio Liberty — RFE/RL).

RT побеседовал с одним из них — Александром Орловым, который работал в столице Чехии в 2015—2016 годах. До этого Орлов снимал репортажи на НТВ и RTVI, а также работал на ВГТРК.

Перед публикацией интервью с Орловым RT также пообщался с двумя бывшими коллегами Александра. Они подтвердили информацию об особенностях работы в пражском холдинге.

«Не должен сомневаться в том, о чём врёшь»

— Как после работы на ВГТРК ты оказался в Чехии?

— В Прагу я поехал, потому что писал книгу про российскую пропаганду — хотел поговорить с Виктором Кульганеком, с которым мы работали на ВГТРК. Он был главным режиссёром «России 24» в 2014-м, а потом эмигрировал. Я сел в самолёт, прилетел в Прагу, пришёл к нему на работу — а это «Радио Свобода». Спрашиваю: «Через тебя же все материалы проходили — крымские и донбасские. Как они тебя взяли сюда?» — «Я не имел к ним никакого отношения, — отвечает. — Я прошёл детектор лжи!» Смог, получается, обмануть этот детектор.

Он познакомил меня со своим начальником Кенаном Алиевым, который добился финансирования для будущего телеканала RL «Настоящее Время»*, и мы поговорили: «Не хочешь у нас работать? Будешь делать то же самое, что умеешь делать». Кенан, а затем и босниец, президент RFE/RL того времени, в лоб говорили: «Ребята, мы очень сильно недооценили роль телевидения. А когда увидели, как работает российское телевидение, все просто присели — и в конгрессе, и в центральном офисе. Мы хотим, чтобы что-то такое у нас было». Решение это было после ситуации в Донбассе и присоединения Крыма. Телевидение они делать не умели, поэтому позвали нас, меня в том числе.

«Даже за черновиками следят»: экс-сотрудник «Радио Свобода» рассказал об особенностях корпоративной культуры холдинга

  • Александр Орлов
  • © Кадр: видео YouTube / ПВО.ТВ

Так я стал создателем и шеф-редактором центральноазиатской новостной программы. Людей, правда, в подчинение дали меньше, чем обещали, — пять региональных корреспондентов и три человека рядом со мной в Праге: ведущая, монтажёр и продюсер. Было тяжело, но у меня были какие-то иллюзии. Мне поначалу казалось, что я демиург: в программе будут хорошие репортажи — это самое главное.

Понятно, что, если ты соглашаешься на условия «сделайте пропагандистский канал», то на тебя сразу накладывают обязательства. Сначала, к примеру, ты отвечаешь на тысячу каких-то вопросов. Меня не просто тестировали, а проверяли на лояльность, на детекторе лжи — для этого специально отводили в посольство. Там буквально ветераны ЦРУ. Разумеется, ни на каком ВГТРК такое и представить нельзя. В России, если ты в госкорпорации работаешь, то в частной жизни можешь думать, что хочешь: в принципе, можешь быть каким угодно либералом, спорить с начальством и быть уверен, что никаких последствий не будет. Там ты должен быть убеждён в том, что делаешь.  

А потом оказалось — то же самое. Оказалось, там всё ещё жёстче… И качество корпоративной культуры… Она предполагает: если ты врёшь, ты ещё и не должен сомневаться в том, о чём врёшь.

«Не позволять врагам называть их фашистами»

 А на работе как это всё отражалось?

— Проблемы начались вместе с широкомасштабной войной в Сирии: военная цензура, темники какие-то — как в Москве. Буквально — Океания и Остазия в каждом выпуске меняются местами.

В сентябре, кажется, 2016 года, меня неожиданно вызвали с претензией: я где-то в выпуске назвал членов «Аль-Каиды»*** террористами, а террористической группировкой её стало нельзя называть.


Обвинённая в харассменте журналистка «Радио Свобода»* Нина Давлетзянова собирается в суде защищать свою деловую репутацию и требует от…

Конфликты с менеджментом, как выяснилось, просто подшиваются к истории лояльности. Когда меня увольняли, мне показали пачку сообщений от других сотрудников на тему лояльности — такие сообщения пишут многие сотрудники. Я всегда отказывался: у нас в стране так не принято.

«Это означает, что у русских людей криминальное сознание», — говорила мне Дейзи Синделар, она потом стала и. о. президента RL.

На самом деле, почти все пишут друг на друга. И когда тебя берут за жабры по тому или иному поводу, на тебя уже есть куча говна, причём от людей, которые сидят с тобой за тем же столом.

Они до сих пор распространяют информацию: коллеги пересказывают, что уволили меня «за путинизм».

— Скажи, вот ты в стольких местах поработал, а к RT как относишься?

— Не думаю, что RT является какой-то уж особенной ужасающей пропагандистской машиной, как его любят изображать. Из того, что видел, что-то можно и пропагандой назвать, а что-то вполне приемлемо — и картинка, и информация. Впрочем, российское государственное телевидение я почти не смотрю с 2015 года и какого-то целостного представления об RT не имею. На «Радио Свобода» зато точно знали: использовать в эфире картинку Ruptly, скажем, с танком — это «путинская пропаганда».

Я так понимаю, что случаю с Тимуром Олевским ты не удивился.

— И не понимаю, почему все удивлены его увольнением: в случае с «Радио Свобода» это буквально техническая вещь. Когда стали известны какие-то подробности по поводу его участия в стриме про Навального, я сразу сказал: «Олевскому кирдык». Он совершил немыслимое для идеологической контрагитации: послужил источником «ошибочной» информации, которую использовали «враги» (программа с фрагментом стрима Кашина вышла на НТВ. — RT), и невольно помог распространению «неверной» информации о жене Навального Юлии.

«Настоящее Время» и «Радио Свобода», помимо того что они занимаются прямой контрпропагандой, обозначают для системы «свой-чужой» приоритеты — дают некие сигналы для тех, кто их ждёт и видит. А тут вышло так, что «Свобода» и американский конгресс копают под Навального и готовы с ним бороться. Думаю, вопрос с увольнением был решён.

Я думаю, что он дал «врагам» повод использовать информацию о Навальном и подал ложный сигнал по поводу позиции «Свободы» относительно блогера Алексея Навального. И по совокупности это автоматическое увольнение для любого сотрудника — по нелояльности, как бы он перед ними ни ползал и ни извинялся. Но именно за это — с такой формулировкой — его не уволят. Его, скорее всего, обвиняют сейчас в нарушении журналистских стандартов. Они так всегда говорят, а потом добавляют про нарушение «журналистских стандартов нашей корпорации». Как бы мелким шрифтом внизу.

* «Настоящее Время» — СМИ, признанное иностранным агентом по решению Министерства юстиции РФ от 05.12.2017.

** «Радио Свобода» — СМИ, признанное иностранным агентом по решению Министерства юстиции РФ от 05.12.2017.

*** «Аль-Каида» — организация признана террористической по решению Верховного суда РФ от 14.02.2003.

**** ИГИЛ, ИГ, «Исламское государство» — организация признана террористической по решению Верховного суда РФ от 29.12.2014.

Источник

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Versten
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять